Г Л А В Н А Я            Ф О Т О Г А Л Е Р Е Я            И С Т О Р И Я            С П Р А В К А            Б И Б Л И О Т Е К А
— История Нальчика: от крепости к столице и курорту —
предыдущая | оглавление | следующая
Глава 3. Слобода Нальчик, начало курорта

История нальчикской церкви


Н. А. Бальжатова, консультант УЦГА КБР.
«Церковь Архангела Михаила — первый православный храм Нальчика».1
«Симеоновская церковь: в память генерал-майора Хлюпина».

История нальчикской церкви началась с периода основания военной крепости на реке Нальчик. В 1826 г. Кабардинский полк, штаб-квартира которого располагалась в крепости Нальчикской, возвел на форштадте крепости полковую церковь.

При перемещении полка из Нальчика в 1843 г. вся церковная утварь была перевезена им на новую штаб-квартиру — в крепость Внезапную. В Нальчике расквартировался Минский пехотный полк. К тому времени при Нальчикской крепости проживали чины разных ведомств: военные поселяне, отставные нижние чины, сформированная из отставных нижних чинов инвалидная команда, казаки Донского полка, а также представители мещанского и купеческого сословий. Все они являлись прихожанами полковой церкви.

В августе 1843 г. начальник Нальчикской инвалидной команды Бабич выступил с инициативой о назначении в церковь не полкового, а постоянного священника. В рапорте начальнику Кабардинской линии Медему он написал:

«…По передвижению же штаба Минского пехотного полка по примеру Кабардинского егерского полка из креп. Нальчикской куда-либо в другое место, означенные жители могут оставаться без священника, а церковь по неимению иконостаса и других церковных утварей, равно и колоколов, без богослужения, без надзора и поддержки может придти в разрушение, между тем и при полковых штабах постоянно жительствующие в Нальчике люди нередко остаются без напутствования, по случаю отлучек священников в разные места по полковым требам, особенно в Великий пост.

А посему нижние чины, состоящие в ведении моем и другого звания люди просят исходатайствования у начальства постоянного при Нальчике и поселении священника с должным причетом, устройства иконостаса и другой необходимой для церкви утвари и колоколов, дабы жители имели во всякое время назидание и своего наставника веры, а самая церковь не пришла бы в совершенное разрушение.

Принимая в соображение все выше изложенные обстоятельства, я осмеливаюсь довести о сем до сведения Вашего Высокоблагородия, имею честь покорнейше просить не оставить ходатайством вашим у начальства о назначении в Нальчикскую церковь постоянного священника и о устройстве иконостаса с церковною утварью».

Данный рапорт был представлен Медемом начальнику Центра Кавказской линии князю Голицыну. Голицыну эта идея не понравилась, и он предложил «оставить на будущее время подобные затеи». Однако Медем настоял на своем: «…Под начальством моим находится здесь до 600 человек, алчущих своего постоянного пастыря, своего иконостаса и своих колоколов, которые вместо барабанов сзывали бы их к приношению жертвы к Всевышнему». И Голицын согласился.

23 января 1844 г. согласно распоряжению командира Отдельного Кавказского Корпуса церковь, построенная Кабардинским полком в крепости Нальчикской, была передана из ведомства Минского полка под расписку в ведомство общества военных поселян.

Из общественной суммы поселения Кабардинскому полку выплатили 1728 руб. 12 коп. в связи с тем, что в 1835 г. эти деньги полк потратил на ремонт церкви. Одновременно командование объявило о сборе пожертвований на покупку церковного имущества.

Всеобщими усилиями была собрана сумма 491 рубль ассигнациями, в которую вошли пожертвования военных поселян — 65 рублей, инвалидной команды — 20. Полковник князь Владимир Сергеевич Голицын лично пожертвовал 87 руб. 50 коп., его супруга и дочь — 52 руб. 50 коп. и 17 руб. 50 коп.; командующий Кабардинской линией барон Василий Медем — 35 руб., начальник инвалидной команды Григорий Бабич — 17 руб. 50 коп., мещанин Сергей Чернышев — 3 руб. 50 коп., аудитор Быков с семейством — 35 руб. и т. д.

Кавказ. Нальчик. Местная церковь. Открытка начала XX века
 
Кавказ. Нальчик. Местная церковь. Почтовая карточка начала XX века.3

Медем обратился к командующему Донским казачьим полком №11 в укрепление Баксанское и командующему Горским казачьим полком в станице Екатериноградской с горячим призывом: «Соревнование к святыне свойственно человеку-христианину! Водясь самым христианским чувством, как истинный почитатель таковой, предпринял я твердое намерение употребить всевозможные меры, украсить храм Божий, имеющийся в укреплении Нальчик.

Но как не было к сему моему предприятию никаких источников по бедности и малочисленности нальчикских военных поселян, то я обращался с приглашением о пожертвовании на таковое ко всем жителям Нальчика. Как не отринув оного, охотно пожертвовали от избытков своих, что кому угодно было.

Как же собранной суммы оказалось и еще недостаточно, то я избрал надежнейшее и самовернейшее средство обратиться к Вам, Милостивый Государь, с покорнейшею моею просьбою быть участником в общем нашем кругу пожертвователей, пригласив к тому Г.г. штаб и обер-офицеров командуемого Вами полка, а сии нижних чинов вверенных им частей.

Кои вероятно все охотно как истинные любители благолепия храмов, не отрекутся бросить и свою праведную лепту в общую кассу. Предлагая столь богоугодное дело, не нахожу нужным много говорить, в душе каждого христианина должно теплиться пламенное чувство к вере и усердие к благолепию храма Божия».

В итоге 78 казаков Донского полка, будучи людьми невысокого достатка, собрали небольшую сумму: 20 рублей ассигнациями, а казаки станиц Государственной, Горской и Луковской Горского полка — 45 рублей.

Несмотря на передачу церкви в ведение военных поселян, отправление богослужений по-прежнему возлагалось на священнослужителей расквартированных в крепости полков. Для хранения и учета церковных денег общество нальчикских военных поселян избрало из своей среды ктитора Лаврентия Дуткина.

По распоряжению полкового священника Литовского егерского полка Иоанна Мищенко церковный ктитор производил покупку и продажу свечей и ежедневно отчитывался перед священником о приходе и расходе денежной суммы. По выступлении полка из Нальчика весной 1846 г. церковь, утварь и церковная денежная сумма были переданы Иоанном Мищенко под квитанцию начальнику военного поселения подпоручику Бабичу.

С этого времени контроль за церковными доходами и расходами осуществляли исключительно военные поселяне, что вызвало недовольство у старшего священника Кубанского егерского полка Георгия Франковского, прибывшего в крепость Нальчик.

Он обратился к командиру полка: «Честь имею донести, что ныне стоящее в крепости Нальчик церковное здание устроено большей частью средствами полков до пред сего расположенных, а для окончательного устроения церкви прислана из Главного Штаба книга на собрание особых пожертвований, из каковых старанием священника Литовского егерского полка устроена церковь, затем оная неизвестно по какому случаю поступила в распоряжение одних нальчикских военных поселян, кои самопроизвольно начали производить продажу церковных свеч и сбор кошельковой суммы, никому не представляя при этом отчетности.

Поэтому церковное здание, оставаясь без поддержания, клонится к падению, тогда как оная устроена для занимания полковой церкви… Военные поселяне самопроизвольно помимо ведома моего производят продажу свеч и сбор кошельковой суммы, чем самым препятствуют к поддержанию церковного здания и полковой церкви…».

Франковский ссылался на предписание Главного Штаба Отдельного Кавказского Корпуса №2041 от 31 октября 1844 г., приказ Главнокомандующего Отдельным Кавказским Корпусом №118 от 14 апреля 1846 г. и 78 статью 10 тома Свода военных постановлений о неустранении священников, состоящих при полках и батальонах, от ведения расходов и отчетов церковной суммы.

Священник требовал передать деньги в полковой ящик на поддержание церковного здания и полковой церкви, а также запретить военным поселянам вмешиваться в продажу свечей и в сбор кошельковой суммы, собираемой при богослужении полковых священников.

Из Центра Кавказской линии вскоре пришло разъяснение, что «усердием поселян и приношением доброхотных дателей, в церкви этой заведена вся церковная принадлежность, но ни в каком случае попечением полковых священников, как объясняет не зная священник Франковский, обязанность которых состояла только в одном отправлении богослужения» и «все деньги собираемые при отправлении богослужения… поступали в доход этой церкви, как для поддержания оной, так и для украшения ее, но ни в каком случае в доход полковой церкви, и требование этих денег священником Франковским в пользу полковой церкви, совершенно не основательно.

А потому имею честь покорнейше просить Ваше Высокоблагородие, объявить священнику Франковскому, что как обязанность его состоит только в одном отправлении богослужения, согласно предписания бывшего Начальником Центра генерал-майора Хлюпина, то он не должен входить в распоряжения церковными доходами, и отнюдь не воспрещал бы поселянам как продажу свечей, так и сбор денег кошелька, в пользу этой церкви. Что же касается до отчетности по церкви и исправления ее обветшалости, то это лежит на обязанности военного поселения».

Помимо ведения финансовых дел, в обязанность военных поселян вменялась охрана церкви. От поселян к церкви выставлялся дневной и ночной караул. В архивных документах за 40-е годы ХIХ века довольно часто упоминается «ветхость» церкви.

В 1848 г. поселянам было приказано сломать разрушающийся навес над западным входом в здание. Требовалось заменить крышу, ветхое крыльцо и деревянную колокольню. Однако, исходя из описания внешнего вида церкви, можно сделать вывод, что это была одна из лучших построек на форштадте, особенно учитывая тот факт, что другие строения были турлучными, крытые соломой или камышом.

Церковь Михаила Архангела стояла на каменном фундаменте, имела кирпичные стены, деревянные купол и колокольню из сосновых досок, три крыльца с деревянными колоннами.

Сверху — обитые жестью главы зеленого цвета, два железных креста на железных цепях с позолоченными звездочками и главками. Длина здания 13 саженей, ширина 4 сажени и 1 аршин. В двухэтажном (двухъярусном) здании имелось в общей сложности 19 окон.

В архиве сохранились документы и о внутреннем убранстве церкви. Деревянный иконостас состоял из образов: Спасителя, Божией Матери, Архангела Михаила и Святого равноапостольного князя Владимира. Царские двери прозрачные, с изображением четырех евангелистов; сияние вызлащено, в середине него изображение Бога Саваофа. На северных дверях изображен апостол Петр, на южных апостол Павел.

На втором ярусе — Тайная вечеря, справа от нее образа Воскресения Христова, Вознесения, Преображения, а слева Рождества, Благовещения и Крещения. Выше Тайной вечери изображен Спаситель на престоле, по сторонам — ангелы. Свыше всего — распятие.

Все иконы написал один из жителей Нальчикского военного поселения Ефрем Иванович Иванов, который 5 июня 1844 г. заключил контракт с обществом военных поселян о выполнении данной работы за 285 рублей ассигнациями. Он обязался «живопись всех десяти икон… сделать самую лучшую, и краски на оных должен положить в особенности самые нежные на лицах, как равно и в одеянии».

Священник Литовского егерского полка Иоанн Мищенко приобрел для божьего храма необходимую утварь и украшения: лампады, кадильницу, венцы для бракосочетаний, шелк и парчу, киоты, церковные книги, подсвечники и т. д. Среди прочего находились такие ценности, как: «чаша, дискос, звезда, лжица и ручной крест, все эти вещи серебренно вызлащенные 84 пробы с резьбою, в коих весу 246 золотников; Евангелие в листе в золотом обрезе с высеребренными политурами, на коих имеется 5-ть финифтов, на 4-х изображены евангелисты, а на одном Воскресение Христово».

Церковь получила в дар образа Великомученика Георгия, Великомученика Иоанна Воина и Великомученицы Настасии. Деревянные хоры и потолок были окрашены голубой краской, деревянный стол на 4-х выточенных ножках с ящиком для свечей  красной масляной краской. Места в церкви для певчих — клиросы — также из дерева. Церковь была увенчана пятью колоколами.

Постоянный священник в Михайло-Архангельской церкви появился только через пять лет после принятия командованием такого решения, в конце 1848 г. В метрических книгах Нальчикского военного поселения для записей родившихся, браком сочетавшихся и умерших отмечено, что все таинства совершал Нальчикского военного поселения священник Петр Воскресенский с причетником Георгием Маневетовым. В исключительных случаях, например, когда потребовалось проводить крещение новорожденного сына П. Воскресенского, таинство совершал старший священник Кубанского егерского полка Тимофей Ковальский.4

Симеоновский собор в Нальчике
 
Симеоновский собор в Нальчике. 1910 год.5

Основание Симеоновской церкви в Нальчике связано с именем начальника Центра Кавказской линии С. И. Хлюпина, генерал-майора, кавалера ордена Святого Георгия 4-го класса.

С 1839 г. он являлся командиром Тенгинского пехотного полка, в котором в 1841 г. служил М. Ю. Лермонтов. Известно, что он положительно оценивал «нравственность», «хозяйственность» и «усердие по службе» Лермонтова.

В «Кондуитном списке офицеров» в графе о «способностях ума» напротив фамилии Лермонтова Хлюпин сделал отметку: «отлично хорошие», аттестовав «способности ума» других офицеров, в том числе свои, просто «хорошими».

На должности начальника Центра Кавказской линии Хлюпин пребывал всего лишь год — с 1846 г. по 1847 г. Возможно, что его деятельность на этой должности продолжалась бы и дольше — если бы не смерть.

Летом 1847 года на Кавказской линии свирепствовала эпидемия холеры. Один за другим в адрес начальника Центра Кавказской линии поступали рапорты командиров о зафиксированных случаях заболевания во вверенных им полках. Эпидемии подверглись укрепления Кабардинской линии, кабардинские аулы на р. Аргудан, Кисловодская кордонная линия…

В укреплении Нальчик болезнь распространилась среди воинских чинов Кубанского егерского полка, жителей крепостного форштадта и в Нальчикском военном поселении. Начальством принимались экстренные меры по борьбе с эпидемией. В течение июля в полковом и батальонных лазаретах в Нальчике находилось на излечении 228 больных. Из них 86 человек умерли.

Не пощадила холера и начальника Центра, до последнего дня пытавшегося остановить эпидемию. С. И. Хлюпин скончался в крепости Нальчик и был похоронен на площади Нальчикского военного поселения. В именном списке офицеров, заболевших холерой, числится «Семен Ильин сын Хлюпин, начальник Центра Кавказской линии, генерал-майор, лет от роду 46, заболел 29 июня 1847 г., умер 30 июня 1847 г.».

Младший брат С. И. Хлюпина, 36-летний капитан Кубанского егерского полка Василий Хлюпин, тоже чуть было не ставший жертвой эпидемии и в одночасье потерявший старшего брата, предпринял некоторые шаги по увековечению памяти последнего. Прежде всего, над могилой С. И. Хлюпина построили деревянную часовню.

Но самое главное, по ходатайству Василия Хлюпина 11 декабря 1847 г. император Николай I высочайше разрешил ему соорудить на собственные средства церковь на площади Нальчикского военного поселения, в память о начальнике Центра.

Этим же указом император назначил однокомплектный штат церковнослужителей: священника и причетников. Им назначалось содержание от казны: священнику — наравне со священниками линейных батальонов, а причетникам по 51 р. 43 к. серебром в год с выдачей провианта наравне с нижними чинами. До постройки церкви, временно, священнодействовать им предполагалось в часовне.

Все эти планы должны были претвориться в жизнь в Нальчикском военном поселении, которое располагалось близ крепости Нальчик и ее форштадта (предместья) отдельным селением.

Согласно устоявшейся в нашей краеведческой литературе точке зрения, крепость Нальчик была построена в 1822 г. на левом берегу одноименной реки и занимала небольшую площадь: от нынешней улицы Лермонтова до улицы И. Арманд (район медфака КБГУ и гостиницы «Нальчик»).

К укреплению примыкал форштадт — территория, где были построены казармы для военнослужащих, жилые дома женатых солдат, штаб-квартира полка, полковой лазарет, унтер-офицерские караулы и другие строения. Форштадт тянулся вдоль берега реки Нальчик, и, фактически, являлся продолжением крепости.

Дальше, за форштадтом, с 1839 г. располагалось военное поселение из отставных солдат с семьями. За окраиной поселения начиналось нальчикское кладбище (от ул. Пятигорской). Крепость, ее форштадт и военное поселение явились составляющими, сформировавшими то ядро, которое сегодня принято считать исторической частью нашего города.

В военном поселении не было собственного православного храма, и военные поселяне являлись прихожанами полковой церкви Святого Михаила Архистратига, с давних пор выстроенной на форштадте крепости Нальчик. С 1843 г. данная церковь в части управления финансово-хозяйственными делами официально перешла в ведомство военных поселян, хотя богослужения продолжали проводить полковые священники.

Однако, по мнению начальника Центра Кавказской линии князя Голицина, логичнее было бы передать Михайло-Архангельскую церковь жителям крепостного форштадта: «Храм божий… перешел в ведение Нальчикского поселения, хотя расположен на площади между крепостью и форштатом, следовательно, от поселения в значительном расстоянии.

К благолепию церкви способствуют более всего приношения купечества и жителей форштата, которые убедительно просят о переименовании церкви в крепостную, с назначением священника и церковных служителей постоянных, а не сменяющихся с прибытием новых войск, как это было до настоящего времени…».

Новую церковь в честь генерала Хлюпина решено было возвести именно в военном поселении, скорее всего, во избежание неудобств и разногласий между поселянами, жителями форштадта и полковыми священниками.

Однако время внесло свои коррективы в осуществление этих замыслов: 7 сентября 1850 г. император Николай I приказал причислить военные поселения Кавказской линии к Кавказскому линейному Казачьему войску. Военное поселение при Нальчикской крепости в 1850–1851 гг. прекратило свое существование.

42 семьи военных поселян Нальчика причислялись к Волгскому казачьему полку (вероятно, во вновь образуемую станицу под названием Богатый источник), 3 — к Горскому, 9 увольнялось в отставку.

Большинству его жителей пришлось стать казаками, уехать из Нальчика и устраивать заново свою хозяйственную жизнь в станицах. Поселяне перевезли на новые места водворения все свое имущество, в том числе недвижимое (путем разбора деревянных домов).

Естественно, что воздвигать новую церковь в бывшем поселении уже не имело смысла — за отсутствием прихожан. И, видимо, по этой причине церковь построили не в военном поселении, а на месте старой Михайло-Архангельской церкви на крепостном форштадте.

В одном из документов говорится, что «церковь предполагалась построиться в Нальчикском военном поселении, …но как поселение еще в 1851 году уничтожено, церковь находится при укреплении на Нальчикском форштадте».

Сейчас можно с уверенностью сказать, что новая Симеоновская церковь была воздвигнута на месте старой Михаило-Архангельской церкви.

В рапорте воинского начальника укрепления Нальчикского полковника Занаревского начальнику Нальчикского округа полковнику Нуриду за 1867 г. сказано, что «майор Хлюпин с Высочайшего разрешения возвел на том самом месте, где была старая деревянная — каменную во имя Симеона Столпника в память своего брата Начальника Центра Кавказской линии, уже после упразднения военных поселян. Материалы же старой церкви переданы в его распоряжение…».

Судя по сохранившимся метрическим книгам, новая Симеоновская церковь была построена в 1851 г. (с 1852 г. метрические книги принадлежат уже не «Михайло-Архангельской церкви Нальчикского военного поселения», а «Нальчикского форштадта церкви Преподобного Симеона Столпника»).

В архиве имеется документ от 29 мая 1853 г., косвенно подтверждающий этот факт. Начальник Центра Кавказской линии Грамотин писал: «В Нальчикской Семионовской церкви по весьма недавнему ея устройству, не имеется не только форменных риз, но и которыя есть чрезмерно небогаты, а прочия принадлежности церковныя вовсе не соответствуют назначению своему…».

Грамотин желал, чтобы прочая необходимая церковная утварь соответствовала богатству многих вещей, пожертвованных строителем церкви. Он добивался разрешения выписать из Москвы церковные принадлежности на сумму, причисленную к этой церкви от бывшей поселянской суммы.

Конкретная дата постройки и освящения церкви указана в клировых ведомостях Симеоновской форштадской церкви, хранящихся в Государственном архиве Ставропольского края: «Построена в 1851 г. на средства генерал-майора армии Хлюпина. Освящена 29 декабря 1851 г. Здание каменное с такой же колокольней. Престол освящен в честь прп. Симеона Столпника». Здесь же отметка: «Имеются сведения о том, что приход существовал с 1845 г.».

В новую церковь назначили священника Николая Благонравова. Из архивных документов известны некоторые факты его биографии. Благонравов окончил курс философии в Тульской духовной семинарии, 6 декабря 1848 г. был рукоположен в сан дьякона, 15 июля 1851 г. — в сан священника. В том же году молодой 25-летний батюшка приезжает в Нальчик. Благонравов прожил в Нальчике до преклонных лет, имел большое семейство и был похоронен, по преданию, рядом с церковью.

Небезынтересно также знать, где находилась могила генерала Хлюпина. То, что он был похоронен на площади Нальчикского военного поселения, известно. Известно также, что над его могилой была выстроена деревянная часовня под железно-листовой крышей. Но где же находилась сама площадь?

К сожалению, мы не имеем графических документов (планов, чертежей), характеризующих первоначальный облик Нальчика. Тем не менее, в Центральном государственном архиве КБР сохранились довольно подробные описания самого укрепления, его форштадта и военного поселения.

Согласно наиболее позднему описанию (1865), «площадей в Нальчике три: одна отделяющая укрепление от строений форштадта; другая площадь Слободского Управления и третья торговая». Можно предположить, что первая — это современный сквер Свободы (перед зданием медфака КБГУ), а вторая — «Детский парк» на ул. Кабардинской. Но нам больше интересна третья площадь, так как она скрывает важный для нас ориентир.

Известно, что торговая площадь располагалась в дореволюционном Нальчике на месте нынешнего кинотеатра «Победа», который находится на пересечении улиц Кабардинской и Грибоедова. С 1842 г. здесь устраивались первые базары Нальчика, введенные еще начальником Центра Кавказской линии князем Голициным.

Факт, что базары проводились именно там, подтверждается тем обстоятельством, что улица Грибоедова до 1945 г. носила название Мало-Базарная, а сама площадь до 1920-х годов так и называлась — Мало-Базарной.

Возникает вопрос: могла ли эта площадь относиться к военному поселению? В одном из документов читаем: «..Во время учрежденных между форштатом и поселением в воскресные дни базарах проводится разного рода торговля лесом и прочими произведениями и огородными плодами…».

Таким образом, можно сделать вывод, что площадь, занимаемая ныне кинотеатром, находилась рядом с военным поселением. Это была граница, где заканчивался форштадт и откуда начиналась территория поселения. И вполне вероятно, что Хлюпин был похоронен именно там, в самом центре тогдашнего Нальчика.

Сведения о часовне, построенной над его могилой, упоминаются в отчете военного поселения за 1850 год — последний год существования поселения.

Согласно этому документу, в 1850 г. в поселении проживало 252 человека и имелись следующие постройки: собственные дома военных поселян, два деревянных с камышовыми крышами магазина для хранения общественного хлеба в зерне, общественная мукомольная мельница с тремя поставами, пожарная труба, недостроенная богадельня, деревянная часовня. Позже никаких упоминаний о часовне в архивных источниках не имеется.

Зато появляется некая «батальонная церковь». В одном из документов за 1868 г. отмечалось, что «воинские чины Кавказского линейного №7 батальона имеют свою церковь».

А начальник Нальчикского слободского управления полковник Занаревский в 1869 г. писал начальнику Кабардинского округа: «…Причт этот особый назначен был к Нальчикской Симеоновской церкви даже в то время, когда в Нальчике находилась другая церковь с двумя священниками, а именно: церковь Кубанского полка, но в настоящее время в батальоне только один священник».

О том, где именно располагалась батальонная церковь, архивные документы умалчивают. Эта церковь, как и все военные храмы, могла занимать как самостоятельную постройку, так и быть включенной в какое-либо здание, например, здание казармы или штаба. Можно, правда, далеко не бесспорно предполагать, что под батальонную церковь было приспособлено здание часовни, но это останется лишь предположением, так как документального подтверждения этому факту нет.

В описании Нальчика, составленном в 1865 г., отмечалось, что в укреплении имеется две церкви: «Одна из них батальонная, другая же приходская, эта последняя каменная прекрасной архитектуры построена по завещанию бывшего Начальника Центра генерала Хлюпина, на счет денег из его собственности ассигнованных».

Кавказ. Нальчик. Церковная площадь
 
№2. Кавказ. Нальчик. Церковная площадь.
Почтовая карточка начала XX века. Издание К. М. Львова.6

И судя по фотографиям Симеоновского собора (Симеоновской церкви), датируемым началом ХХ в., эта церковь была, действительно, «прекрасной архитектуры»… Престол храма, как говорилось выше, был освящен в честь преподобного Симеона Столпника — небесного покровителя Семена (в крещении Симеона) Хлюпина.

В связи с окончанием Кавказской войны Нальчикская крепость утратила свое стратегическое значение и в 1871 г. была упразднена с передачей ее населения в гражданское ведомство. Примерно с этого времени батальонная церковь уже не фигурирует в архивных документах.

В статистических данных за 1876 г. в 1-м участке Пятигорского округа (куда входили слобода Нальчик, станицы Александровская, Пришибская и Котляревская), зафиксировано 4 православных церкви: 3 деревянные и 1 каменная. Вероятно, три деревянные церкви находились в станицах, а одна каменная — в Нальчике.

В последней четверти ХIХ в. в Нальчике числилась только одна церковь. Так, в 1884 г. в слободе Нальчик находились: «слободская церковь — 1, церковный дом — 1», а в 1899 г. — «церковь православная — 1». Речь здесь идет, конечно, о Симеоновской церкви.

Здание Симеоновской церкви создавало в сочетании со зданием реального училища, выстроенном в 1913 г., единый архитектурный ансамбль, являясь украшением слободы, а позднее города Нальчика. Находилось оно на улице Церковной, после революции переименованной в улицу Советскую, на пересечении ее с улицей Воронцовской (ныне Кабардинская) на бывшей площади форштадта.

Только теперь здесь уже росли деревья, стояла маленькая уютная ротонда, в которой по выходным дням играл духовой оркестр, а сам скверик именовался Романовским в честь царствующей династии. Рядом располагалось несколько жилых домов, в том числе дом священника, церковно-приходская школа, помещения павильона и Нальчикского окружного управления.

В начале 1920-х годов строения были муниципализированы и сданы в аренду вновь созданным советским учреждениям. Так, в бывшем здании Нальчикского окружного управления разместились: военкомат, Нальчикский окружной исполком и дивизион; в церковно-приходской школе — музей, в доме Тавлинова — органы ОГПУ. Бывшее реальное училище и дом священника были заняты Ленинским учебным городком (ЛУГом).

Из воспоминаний курсанта учебного городка: «…Городская соборная церковь в те времена стояла близко к Ленинскому учебному городку. И часто по указанию священника в церкви устраивали колокольный звон, чтобы помешать курсантам спокойно учиться… Общее собрание курсантов обратилось в областной комитет партии и облисполком с просьбой убрать церковь подальше от городка.

Идя навстречу курсантам, в Нальчике провели несколько общих собраний верующих граждан с участием Бетала Калмыкова. В результате проведенной разъяснительной работы общее собрание граждан Нальчика решило выстроить церковь в другом месте, подальше от городка».

Так красивейшее здание дореволюционного Нальчика стало помехой при планировке и реконструкции центральной части города-курорта и административного центра молодой Кабардино-Балкарской области. 6 декабря 1928г. постановлением Кабардино-Балкарского облисполкома горсовету были отпущены средства на «перенос» (а фактически снос) церковного здания, что и было выполнено: нальчикский Симеоновский собор был разрушен, а часть строительных материалов доставлена на новое место — к городскому кладбищу на ул. Пятигорской.

Собор Симеона Столпника на улице Пятигорской в Нальчике
 
Собор Симеона Столпника на улице Пятигорской в Нальчике. 3 января 2007 года.

В последующие годы на предоставленном земельном участке на ул. Пятигорской возведено новое здание Симеоновской церкви, ныне действующей. На месте же снесенного большевиками Симеоновского собора сегодня стоит совершенно безликое и серое здание танцевального зала, где размещаются кафе и другие развлекательные заведения. А образ Симеоновского собора остался лишь на старых фотографиях, откуда он сквозь призму времени не перестает удивлять нас своей неповторимой красотой.7


___________________________________________

1. Бальжатова Н. А. Церковь Архангела Михаила — первый православный храм Нальчика.
Цит. по публикации на сайте Православные святыни Кабардино-Балкарии.

2. Бальжатова Н. А. Симеоновская церковь: в память генерал-майора Хлюпина.
Цит. по публикации на сайте Православные святыни Кабардино-Балкарии.

3. Информационно-краеведческий портал Открытки Российской Империи.

4. См. прим. 1.

5. Старые фотографии. Опубликовано на сайте журнала Архивы и общество. 23.08.2011.

6. Выставлено на аукционе meshok.

7. См. прим. 2.

предыдущая | оглавление | следующая

© 2000–2017 ys & inn «Нальчик 2000. Фотогалерея. История. Справка». Сайт не является СМИ. Ограничения по возрасту: 12+.
Запрещается использование материалов сайта без разрешения авторов. Для получения информации по всем интересующим вас вопросам используйте адрес электронной почты ysign@ya.ru.

Горными тропами Кабардино-Балкарии
Нальчик. История, фотографии, афиша, веб-камеры, карта города Нальчик Официальный сайт Кабардино-Балкарской правды Портал Средства массовой информации КБР Новости КБР и Нальчика сегодня онлайн Сухомейло Я. В. |  портфолио