Г Л А В Н А Я            Ф О Т О Г А Л Е Р Е Я            И С Т О Р И Я            С П Р А В К А            Б И Б Л И О Т Е К А
— История Нальчика: от крепости к столице и курорту —
предыдущая | оглавление | следующая
Глава 2. Нальчикское укрепление

Крепость в Центре Кавказской линии

В Центральном государственном архиве Кабардино-Балкарской Республики хранятся материалы о нальчикской крепости, выдержки из которых с общей датировкой 30–40-х годов XIX века приводят в своей книге «Нальчик глазами современников» краеведы В. Я. Пеннер и Н. В. Пеннер.

Согласно этим данным, в крепости было 11 казенных строений, а на форштадте — 16:

«Форштадт был обнесен стеной из плетня, в которой были прорезаны бойницы для ружейной обороны. Впереди плетня вырыт небольшой ров. Крепостной вал, идущий вдоль укрепления и форштадта, имел в длину 1210 сажен. Глубина рва была 3 1/2 аршина, ширина 5 аршин...

Для гарнизона есть в крепости казармы, в которых может поместиться до 500 человек с удобством... а в случае надобности воинские чины могут быть помещены в строениях, на форштадте стоящих. Пороховой погреб имеется в посредственном виде, провиантского магазейна не имеется, а провиант складывается в бунты и накрывается брезентами из рогож, госпиталь не имеется, а больные отправляются в полевой лазарет Кабардинского егерского полка, который находится в хорошем виде.
Крепость никакому классу и разряду не принадлежит.

В крепости. ...Дом, занимаемый кордонною канцелярией, рубленый о трех комнатах... Дом, занимаемый Кабардинским временным судом, турлучный о 3-х комнатах... Дом, занимаемый аманатами, турлучный... Казарма, занимаемая Кабардинским егерским полком 5-ю карабинерскою ротою... рубленая...

На форштадте. Дом, занимаемый штаб-лекарем Гнедышевым, рубленый о 3-х комнатах с деревянными полом и потолком, крыт сеном... Дом, занимаемый полковником Пирятинским, о 4-х комнатах с сенцами, с дощатыми полами и потолком, рубленый, крытый камышом... Казарма, занимаемая Кабардинским егерским полком 14-ю егерскою ротою... рубленая... Казарма у Екатериноградских ворот, занимаемая караульными, турлучная, крытая сеном. При оной караульне будка для часовых... Караульня у Водяных ворот турлучная, крытая камышом. При оной караульне будка для часовых...

Церковь. Состоящая при Нальчикской крепости церковь была созиждена в 1826 году попечением воинских чинов Кабардинского егерского полка...»1

Историк С. Н. Бейтуганов в книге «Кабарда: история и фамилии» приводит выдержки из ведомости «казенному строению, состоящему в крепости Нальчикской и военном форштадте», составленной 14 февраля 1839 г. В ней обозначен «дом, занимаемый командующим Кабардинской линией подполковником Коротковым, рубленый, в 7 комнатах, пол и потолки деревянные и крытый камышом».

Если дом высшего военного чина крепости был рубленый и крыт камышом, то понятно, что остальные дома в лучшем случае были построены из такого же строительного материала.

В рубленых домах располагались: канцелярия, казарма Кабардинского егерского полка, главная гауптвахта, баня. На военном форштадте располагался и рубленый дом из четырех комнат, крытый камышом, начальника Центра Кавказской линии генерал-майора Пирятинского.

Единственным строением из камня был погреб роты гарнизонной артиллерийской бригады — «погреб в земле с каменными стенами». Остальные дома были турлучными. В их числе: дом, занимаемый аманатами, нижняя гауптвахта, а крыша дома, занимаемого архивом кордонной канцелярии, была к тому же крыта сеном.2

В крепости была и первая светская школа, так называемая «аманатская», от арабского слова «аманат — заложник, даваемый в обеспечение договора».3

В 1828–1829 гг. учителем в аманатской школе был Шора Ногмов (1794–1844) — кабардинский общественный деятель, историк, филолог, поэт, автор книги «История адыхейского народа», где впервые в истории адыгов была предпринята попытка научной систематизации сведений о самих адыгах.

В 1838 году Ногмов был назначен на должность секретаря Кабардинского Временного суда. Исполняя свои обязанности, он продолжает заниматься проблемами просвещения народа, разработкой грамматики родного языка. В этот период он составляет «Кабардино-русского словарь» и намеревается открыть в Нальчике училище с преподаванием на кабардинском языке.

 
Шора Ногмов.
Рисунок из экспозиции Национального музея КБР, Нальчик.
4 августа 2016 года.

По мнению директора ЦГА КБР С. Н. Бейтуганова, во многих публикациях, касающихся деятельности Шоры Ногмова в его бытность секретарем Кабардинского временного суда, указывается здание, сохранившееся (оно было снесено в 2003 году) по улице Советской (ныне Кешокова), в котором он якобы работал.

О здании, в котором располагался Кабардинский временный суд в 1839 году, когда в нем работал Шора Ногмов, в ведомости указано: «...дом, занимаемый Кабардинским временным судом, турлучный, в 3-х комнатах, полы и потолки деревянные, крытые камышом». Отсюда ясно, что кирпичное здание, о котором идет речь в публикациях как о доме, в котором работал Шора Ногмов, не соответствует действительности.4

В аманатской школе обучались дети кабардинских князей, которые находились в крепости в качестве заложников-гарантов мира и лояльности горцев, согласно договору между русским командованием и князьями. В случае неповиновения или набега кабардинцев, заложники могли быть казнены. Если же этого не происходило, они воспитывались в крепости, обучались светскому европейскому образу жизни и потом могли быть отправлены в другие города для продолжения образования или в Петербург к императорскому двору, как это и произошло, например, в частности с Хан-Гиреем.5

«Правительство, устраивая эту школу, имело в виду весьма мудрый политический расчет. Дети местных жителей, меняя свои первоначальные представления и постепенно отказываясь от своей неприязни к русским, возвратятся к домашним очагам более образованными, более развитыми и приобщенными к европейским нравам.

Легкость, с которой учатся эти дети необычайна, самый старший из них читал передо мной русскую книгу очень бегло и внятно, хотя пробыл в школе всего один год — срок, после которого родители забирают своих детей, чтобы прислать на их место других. На протяжении всего периода времени, что они находятся в Нальчикской школе, детей вполне прилично содержат, кормят и одевают по образу жизни в их стране. Они соблюдают под надзором их магометанского муллы предписанные Кораном посты, и русские далеки от мысли, чтобы обращать их в христианство...

Часы занятий, приема пищи и прогулок четко установлены; время от времени родители учеников приезжают их навещать, и у них нет причин жаловаться на манеру обращения с их чадами», — пишет Жан-Шарль Де Бесс, побывавший в крепости Нальчик в 1829 году.6

 
Документы середины XIX века. Из экспозиции Национального Музея КБР, Нальчик.
25 августа 2010 года.

В 1838 году при крепости было основано военное поселение, где в течение первых двух лет поселилось 49 семейств. Первыми военными поселенцами Нальчика стали 4 января 1839 г. нижние чины Кабардинского полка, а также те, «кои сами пожелали» вступить в это сословие. Всего в списках значится вместе с членами семей — 82 человека. Они были уроженцами самых разных губерний — Пензенской, Тамбовской, Воронежской, Саратовской, Полтавской, области войска Донского и т. д.

В приказе командующего войсками Кавказской линии о создании этого поселения говорилось: «обратить в состав население при Нальчике всех женатых нижних чинов Кабардинского егерского полка, имеющих при себе семейство и прослуживших 15 и более лет… при исключении таковых нижних чинов из полка отдать в их использование все годовые и двухгодовые вещи, всю мундирную амуницию, патронные сумки и ранцы, прослужившие срок, вместе со следующими к ним перевязями, пряжками и крючками; овчинные шапки, ружейные ремни с пряжками и пуговицами, основные чехлы и полунаговицы…

Со дня исключения поселян из полка до приведения в лучшее устройство жилищ их и хозяйства производить от казны как им, так и детям их мужского и женского пола, в течении полутора года дачу провианта, согласно положения о военных поселениях на Кавказе».

Все поселенцы от 18 до 45 лет считались военнослужащими. Из них комплектовались поселенные батальоны, полки. По существу все поселенцы являлись пожизненными солдатами. Дети их (мальчики) со дня рождения считались за военным ведомством и с 7 лет зачислялись в кантонисты. Из них формировались роты, батальоны, бригады. Небольшая часть кантонистов обучалась в особых школах, готовивших унтер-офицеров. По достижению 18 лет кантонисты на 20 лет зачислялись в солдаты.

Когда поселенцу исполнилось 45 лет, он мог уходить в отставку, но должен был служить в госпиталях или на хозяйственных должностях. Все поселяне занимались сельским хозяйством, носили военную форму, жили и работали по твердому военному распорядку и круглый год проходили военное обучение. Каждому из поселян выделялось по 160 рублей для приобретения волов, земледельческих орудий и семян.7

В военном поселении не было собственного православного храма, и военные поселяне являлись прихожанами полковой церкви Святого Михаила Архистратига, с давних пор выстроенной на форштадте крепости Нальчик.

С 1843 г. данная церковь в части управления финансово-хозяйственными делами официально перешла в ведомство военных поселян, хотя богослужения продолжали проводить полковые священники.

Однако, по мнению начальника Центра Кавказской линии князя Голицина, логичнее было бы передать церковь жителям крепостного форштадта: «Храм божий… перешел в ведение Нальчикского поселения, хотя расположен на площади между крепостью и форштатом, следовательно, от поселения в значительном расстоянии. К благолепию церкви способствуют более всего приношения купечества и жителей форштата, которые убедительно просят о переименовании церкви в крепостную, с назначением священника и церковных служителей постоянных, а не сменяющихся с прибытием новых войск, как это было до настоящего времени…».8

К 1850 году в поселении проживало 272 жителя. Командование поселило вблизи укрепления несколько семей мелких торговцев и ремесленников9, а на правом берегу реки Нальчик, напротив крепости росло поселение беглых кабардинских крестьян, переселившихся под защиту русской крепости — Вольный Аул.

В нальчикской крепости со времени ее постройки располагалась штаб-квартира Кабардинского полка, 5-й батальон этого же полка и составлял гарнизон крепости. Такое положение сохранялось до 1842 года, когда назначенный главнокомандующим войсками на Кавказе князь Чернышев вывел полк из крепости.

Позднее, после 1845 года и до 1857 года в крепости располагалась штаб-квартира 76-го Кубанского пехотного полка, о чем свидетельствует «Описание боевой жизни 76-го пехотнаго Кубанского полка», составленное «того же полка капитаном Егоровым»: «76-й пехотный Кубанский полк сформирован на Кавказе, в конце 1845-го года.

Со дня сформирования полк находился на Кавказе, имея полковыя штаб-квартиры: сначала в упраздненной крепости Темнолесской, расположенной в 35-ти верстах на юг от г. Ставрополя и составлявшей когда-то звено Кавказской линии, потом в крепости Нальчик, в пределах мирнаго кабардинскаго племени, и затем в город Майкопе; в последний пункт, отнятый с боя у воинственных закубанских горцев — ныне мирных пахарей и садоводов — штаб-квартира полка перенесена в 1857-м году».10

В заключительный период Кавказской войны Нальчик был военным гарнизоном, вокруг которого сосредоточилась русская администрация в этом районе. В 1846 году войска Шамиля, вступившие в Кабарду, вскоре вернулись в Чечню и Дагестан, не добившись успеха.

«В Большой Кабарде некоторые князья, особенно двух фамилий, к нему пристали, но большая часть осталась верными и жители по Малке и по Баксану — все остались на местах и исполнили все приказания ген.-л. Гасфурда. Кн. Атажукины, Мисостовы и другие оправдали благородную доверенность к ним ген.-л. князя Голицина и явились к нему в Нальчик», — говорится в рапорте генерал-адъютанта Воронцова Николаю I о результатах вторжения войск Шамиля в Кабарду от 30 апреля 1846 года.11

С именем Начальника Центра Кавказской Линии князя Голицына связано открытие в Нальчике первых базаров. 14 августа 1842 года он информировал Кабардинский временный суд, что по его ходатайству перед командующим войсками последний «изволил разрешить учредить в крепости Нальчик базары по четвергам, которые и откроются с 3-го числа будущего сентября месяца». Голицын обязывал суд «распоряжение это сделать известным народу и пригласить его на означенные базары, где они легко найдут сбыт своих произведений».

 
Князь Владимир Сергеевич Голицын
«Центральный».1
2

Весть об открытии базаров в крепости Нальчик по четвергам стала достоянием жителей Кабарды 24 августа 1842 г., но они всего несколько раз могли собраться. Голицын 27 ноября 1842 г. дал новое предписание Кабардинскому временному суду о том, что базары по четвергам отменяются и что «учрежденные в крепости Нальчике базары имеют быть вместо четверга еженедельно по воскресеньям». О перенесении базарного дня с четверга на воскресенье было объявлено жителям Кабарды 26 января 1843 г.

На основании предписания Голицына можно установить, что первые базары открылись в Нальчике 3 сентября 1842 г.13

Еще одним новаторским шагом Голицына явился его вклад в развитие садоводства. Голицын решил «около крепости Нальчик устроить огород, в котором... означенный садовник будет преподавать поручаемым ему ученикам все, что касается до садового и огородного искусства, упражняя учеников на деле при неослабном надзоре». Видимо желая ускорить набор учеников, он далее предупреждал, что «после 1 октября никто уже принимаем не будет».

Предписание указывало условия обучения учеников и содержало конкретные рекомендации по «выращиванию и уходу за семенами и саженцами дикорастущих плодовых деревьев словом все, что нужно знать хорошему огороднику». Владельцы, отдавшие своих крестьян на обучение, получали возможность с января 1844 г. приобрести «прививки самых высоких сортов».

«Таким образом, обнадеживал Голицын, через два года Кабарда может иметь все доселе ей неизвестные произрастания четырех частей света, а несколько позже и фруктовые сады, которые сделаются для нее источником изобилия и богатства».

Исполненный надежд, Голицын установил даже дату смотра успехов «по огородному искусству и хождению за фруктовыми деревьями» в 1847 г. Были определены награды победителям (князьям и узденям) и денежные премии 250 рублей серебром, а их садовники получили бы по 50 рублей серебром.

Говоря о таких перспективах, Голицын ставил перед владельцами условия: они должны были обеспечить направляемых на учебу учеников одеждой и питанием, а за обучение и инструменты «никто платить не должен ничего». Учеба начиналась 8 сентября 1842 г. и заканчивалась 1 октября следующего года. После этого срока они возвращались «каждый в свой дом, с полным огородным инструментом и обширным запасом семян всех сортов».

К сожалению, Голицыну не довелось определить победителя «по огородному искусству». В 1846 г., в связи с походом Шамиля в Кабарду, обвиненный в ослаблении управления вверенным ему участком Кавказской линии, он был удален с должности.14

После удаления Голицына и кратковременного пребывания в должности начальника Центра Кавказской линии генерал-майора Хлюпина, скончавшегося от холеры, его место занял князь, полковник, впоследствии генерал-майор, Эристов. Он пытался продолжить реформаторские начинания Голицына.

Во время управления князя Г. Е. Эристова был разбит возле крепости казенный фруктовый сад, выписан из Крыма садовник.

Но уже 21 марта 1852 г. Эристов обратился в Кабардинский временный суд с прощальным посланием. «Служение мое в Кабарде всегда останется одним из лучших воспоминаний моей жизни, а имена моих благородных сотрудников никогда не истребятся из сердца моего, полного благодарности», — этими трогательными словами Эристов завершил свое пребывание в Кабарде.15

 
Князь Георгий Евсеевич Эристов.16

О кабардинском населении крепости Нальчик в 40-х годах XIX в. можно судить  по предписанию начальника Центра Кавказской линии генерал-майора Голицына от 23 декабря 1845 г. Ссылаясь на сведения военного начальника крепости Нальчикской, он указывал: «...члены суда держат при себе по несколько человек лишних и вовсе ненужных людей и оставляют у себя на квартирах ночевать посторонних лиц».

В связи с этим Голицын предписывает суду «объявить всем кабардинцам, имеющим квартиры в Нальчике по обязанностям службы, чтобы они не смели ни под каким предлогом пускать ночевать к себе посторонних кабардинцев, князей, узденей или черного народа, какого бы племени они ни были; вообще, на дворе своем каждый вправе иметь только прислугу и без оружия».

Проживание кабардинцев в Нальчике и в дальнейшем во многом было связано с деятельностью Кабардинского временного суда. Приведем «Список членов Кабардинского временного суда, квартирующих у жителей Нальчикского фордштата» за 1846–1847 гг. Князь Касаев снимал квартиру у унтер-офицера Назаренко с 1 января по 1 февраля 1847 г.

С ноября 1846 г. по 1 февраля 1847 г. квартиры в Нальчике снимали также: Батырбек Тамбиев у мещанина Атабегова, Алхас Мисостов у рядового Краснова, Хажи Напцов у рядового Шепелева, Кайсын Шогенов у рядового Гуляева, Камбот Куденетов у мещанина Дутова и др.

Председатель суда подполковник Касаев в 1855 г. писал генерал-майору Грамотину «о самоуправствах» Алхаса Мисостова. Он обращал внимание начальника на то, что под воздействием Мисостова «народные сборы делаются все с большею и большею смелостью и уже два раза большая половина Кабарды собиралась даже в самом Нальчике».

Подполковник Касаев после выхода в отставку поселился в Нальчике, и уже в 1857 г. суд извещал генерал-майора Грамотина, что «штаб-офицер этот не только не исполняет требования суда, но даже и не отвечает на бумаги, проживая в Нальчике и вмешиваясь в дела, которых в бытность председателем не успел окончить по своему желанию».

О составе народонаселения Нальчика говорит и тот факт, что в 1842 г. здесь было запланировано строительство мечети.

В 1857 году в Нальчике постоянно проживал Умар Мамышев «с братом его хорунжим Афанасьевым (он же Мамышев)...». О последнем источник уточняет: «происходит из балкарцев». О Марке (Исмаиле) Афанасьеве (Мамышеве) содержатся сведения и в материалах за 1858 г., а в журнале Нальчикского слободского управления за 1867 г. записано: «Покойный Мамышев (он же Афанасьев) деревянный дом под железною крышею, состоящий на Воронцовой улице, приобрел покупкою от торгующего в Нальчике 3-й гильдии купца Андрея Дутова». После смерти Мамышева в доме проживала его мать Фатимат Мамышева, урожденная Шогенова, из аула Асламурзы Анзорова.

Проживание кабардинцев в Нальчике носило постоянный или временный характер. Так, жительница укрепления Нальчик, отставная солдатка Пелагея Захарова 5 ноября 1859 г. в своем прошении В. В. Орбелиани отмечала: «Стоял у меня на квартире подпоручик Измаил Анзоров с платою трех рублей серебром в месяц» и простоял «полтора года...».

Из прошения мы узнаем, что, по сведениям Захаровой, «квартплата» в Нальчике, как и в 1846–1847 гг., оставалась неизменной 3 рубля серебром (стоимость барана), т. е. по нынешнему курсу приблизительно 500 деноминированных рублей.17

И еще один небольшой сюжет из жизни в нальчикской крепости приводит С. Н. Бейтуганов: «С начала 1857 года жители Большой Кабарды штабс-ротмистр Анзор Тохтамышев и уздень Якуб Кушхов по каким-то неудовольствиям имели между собой вражду. 17 же числа сего месяца в два часа пополудни Якуб Кушхов, встретившись с штабс-ротмистром Тохтамышевым на Нальчикском форштате, сделал по нем из пистолета выстрел и убил его наповал.

Сам же бросился бежать за форштат, но преследуемый казаками и милиционерами и нагнанный переводчиком Николаевым, вскочил на кладбище в памятник, устроенный в виде часовни, заперся в нем и ни за что не хотел сдаться. Вследствие чего я приказал взять убийцу живого или мертвого. Памятник немедленно был окружен стрелками и казаками, которые начали стрелять только тогда, когда по многократным увещеваниям сдаться Кушхов вместо ответа грозился убить из щелей памятника первого, кто только близко подойдет.

При известии, что ружейные пули не произведут желаемого, и, не желая подвести ближе солдат из опасения, чтобы кто-нибудь из них не был убит Кушховым, я приказал взять к месту происшествия орудие и ядром разбить памятник и этим способом достать убийцу живым или мертвым. После четырех выстрелов ядрами из орудий, Кушхов найден разорванным пополам».

Кровная месть, совершенная Якубом Кушховым 17 марта 1859 г. в Нальчике, заставила окружную администрацию принять меры предосторожности и ужесточить режим въезда в крепость Нальчик и нахождения в ней.

«Последний неприятный случай по убийству штабс-ротмистра Тохтамышева, указывал Орбелиани Кундухову 29 марта, поставил меня в необходимость запретить кабардинцам въезд в крепость с оружием. Его не лишаются только те, которые будут иметь от меня на то билеты, но с тем, чтобы въезд последних на форштат был не иначе, как через Московские ворота, где караульный унтер-офицер обязан осматривать каждого туземца, желающего въехать сюда с оружием, имеет ли он на это право. Въезд же без оружия в Нальчик, с оружием из оного разрешается во все ворота. Предлагаю обнародовать об этом распоряжении моем по всей Кабарде и горских племенах».18


___________________________________________

1. Пеннер В. Я. Пеннер Н. В. Нальчик глазами современников. Нальчик. 1993. С. 11–12.

2. Бейтуганов С. Н. Кабарда: история и фамилии. Нальчик, 2007. С. 497.

3. Унежев К. Х. История Кабарды и Балкарии. Нальчик. 2005. С. 451.

4. См. прим. 2. С. 497.

5. Там же. С. 327.

6. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов 13–19 веков. Нальчик. 1974. С. 338.

7. Бероев Б. М. Приэльбрусье. Москва. 1984. С. 49.

8. Бальжатова Н. Симеоновская церковь: в память генерал-майора Хлюпина.
Цитируется по публикации на сайте Православные святыни Кабардино-Балкарии.

9. См. прим. 7. С. 50.

10. Егоров. Описание боевой жизни 76-го пехотнаго Кубанского полка в минувшую войну 1877–1878 годов. Тифлис. 1884. С.1–2.

11. Рапорт ген.-адъют. Воронцова Николаю I о результатах вторжения войск Шамиля в Кабарду. 30 апреля 1846 г.
Цит. по публикации на сайте Восточная литература: Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20–50 гг. XIX в. №281.

12. Дворянские роды Российской империи. Т. 2. Князья. СПб. ИПК Вести. 1995. C. 46.
Цит. по публикации на сайте Русский Биографический Словарь.

13. См. прим. 2. С. 177.

14. Там же. С. 175–178.

15. Там же. С. 177.

16. Утверждение русского владычества на Кавказе. Том IV. Часть 1. С. 195. Цит. по публикации на сайте Гуманитарный проект Руниверс.

17. См. прим. 2. С. 496.

18. Там же. С. 280–283.

предыдущая | оглавление | следующая

© 2000–2017 ys & inn «Нальчик 2000. Фотогалерея. История. Справка». Сайт не является СМИ. Ограничения по возрасту: 12+.
Запрещается использование материалов сайта без разрешения авторов. Для получения информации по всем интересующим вас вопросам используйте адрес электронной почты nalchik2000@yandex.ru.

Горными тропами Кабардино-Балкарии
Нальчик. История, фотографии, афиша, веб-камеры, карта города Нальчик Официальный сайт Кабардино-Балкарской правды Портал Средства массовой информации КБР Новости КБР и Нальчика сегодня онлайн Сухомейло Я. В. |  портфолио